Оставляя до несколько более позднего времени рассмотрение многочисленных методов, которые по существу (иногда вопреки даваемому их авторами истолкованию механизмов действия) являются патогенетическими и направлены на полное restitutio ad integrum, перейдем к ознакомлению с тем методом, который мы считаем наиболее подходящим для лечения больных, страдающих ночным недержанием мочи.

Метод этот, предложенный Paul Freud еще в 1925 г., не привлек особенного внимания. Тщательно просмотрев три книги, посвященные ночному недержанию мочи: «Недержание мочи» И. М. Эпштейна (1949), «Ночное недержание мочи» В. А. Смирнова (1957) и «Проблемы энуреза» Б. И. Ласкова (1966), мы ни в одной из них не нашли даже упоминания этого метода (в монографии Б. И. Ласкова, однако, робота Freud включена в список литературы).

Техника этого метода, так же как и идея, положенная в его основу, предельно проста. Исходя из классического учения Head о рефлекторной связи между внутренними органами и теми зонами кожи, чувствительная «инервация которых обеспечивается теми же сегментами спинного мозга, Freud решил испытать воздействие на мочевой пузырь через соответствующий участок кожной поверхности.

Определив, что искомая  кожная проекция расположена на крестце, и избрав в качестве действующего агента замораживание хлористым этилом, Freud проделал эксперимент у 16 больных, страдающих ночным удержанием мочи, и после 1—2 сеансов получил стойкое излечение у всех 16 больных.

Исходя из павловского принципа о терапевтической роли охранительного торможения, мы считаем, что всякое прерывание сна у страдающего ночным недержанием мочи, с помощью патентованного аппарата или простого тормошения, до непроизвольного мочеиспускания или в самом его начале, в сопровождении удара электрическим током или без такового — есть вмешательство антифизиологическое.

В заключение считаем необходимым еще раз со всей определенностью подчеркнуть, что эндогенное пробуждение под влиянием импульсов, приходящих с умеренно наполненного мочевого пузыря, является в принципе столь же патологическим, как и непроизвольная потеря мочи.

Здоровый человек спит 6—8 часов, не просыпаясь, и пробуждается потому, что клетки его мозга восстановили свой рабочий потенциал, а не потому, что в его мочевом пузыре за это время скопилось 420 мл мочи.

Так обстоит дело в норме, и терапевтические усилия должны быть направлены на полное восстановление физиологической нормы.

Медикаментозное лечение при ночном недержании мочи следует считать оправданным лишь для воздействия на сопутствующие синдпомы (изгнание глистов, лечение малокровия, ликвидация явлении алиментарной дистрофии и т. д.).

Едва ли имеют самостоятельное значение методы, основанные на регулировании водно-солевого режима. Соображения, высказанные нами по поводу метода лечения адиурекрином, полностью применимы и здесь.

Если упомянутые выше методы являются только бесполезными, то вся группа методов, основанных на применении принудительных побудок больных для опорожнения мочевого пузыря, должна быть отнесена к методам воедным. Хотя многие авторы подобных схем и претендуют на то, что предлагаемые ими способы являются патогенетическими, утверждение, это при ближайшем
рассмотрении оказывается необоснованным.

Анализируя в предыдущей главе физиологические отношения, возникающие при начальном, весьма умеренном наполнении мочевого пузьиря во время сна, мы видели три возможных хода физиологической реакции:

1) адаптационною перестройку иннерватооно-тонических отношений:

2) начало мочедапукания без пробуждения;

3) пробуждение. Из этих трех вариантов только первый отражает состояние полной физиологической нормы.

Третий же вариант, хотя и может расцениваться в чисто практическом плане как более приемлемый, все же является компромиооным, в большей степени направленным, пользуясь саркастическим определением А. С. Малькова
(1950), «на предохранение от порчи постели, а не на пользу больного».

В почти абсолютной безрезультатности проводившегося нами в этот период лечения нет ничего исключительного, ибо за единственным исключением применения пневмоэнцефалоинсуффляции ни один из использовавшихся методов не был нацелен на патогенетическое ядро расстройства.

В настоящее время на основе современных знаний о патогенезе ночного недержания мочи из великого множества лечебных средств, когда-либо предлагавшихся для лечения этого заболевания, можно исключить целые группы.

Прежде всего следует очень критически отнестись к рименению медикаментозных средств, включая сюда и эндокринные препараты. Рассмотрим один пример.

Исходя из того, что интраназальное введение адиурекрпна перед ICHOM, воздействуя на обмен хлоридов, оставляет мочевой пузырь свободным от мочи течение 8 часов, следующих за введением препарата, А. А. Колтыпин и П. А. Пономарева (1942) предложили применение этого средства для лечения ночного недержания мочи у детей.

Эта мера довольно отчаянная, но не радикальная, ибо (наполнение пузыря - тишь одно из промежуточных, вторичных звеньев патологического процесса. Регулируя степень заполнения пузыря, врач добивается лишь временного симптоматического облегчения, пассивно.

Следуя, таким образом, за патологическим процессом и оставляя без прямого воздействия патогенетическое ядро расстройства. Мы отнюдь не одиноки в своем
скептицизме и, что касается применения лекарственных средств, такой знаток вопроса, как Б. И. Ласков, заканчивает в своей монографии раздел о медикаментозном
лечении ночного энуреза следующим образам:

“…Несмотря на периодическое появление в медицинской печати сообщений об успешном применении новых и новых препаратов для лечения энуреза, у многих практических врачей складывается убеждение в безрезультатности медикаментозной терапии данного заболевания вообще.

Скептическое отношение к этому виду лечения бычо высказано еще Б. Я. Гебштейном (1901) и Г. Д. Воскресенским (1934). Brown и Ford-Smith (1941), изучая действие различных лекарств, применяемых при энурезе, установили, что специфическим действием они не обладают и по эффективности не превосходят контрольных (индифферентных) веществ.

С нашей точки зрения, это вполне понятно: ни одно лекарственное средство само по себе не ведет ни к выработке отсутствующего, ни к восстановлению утраченного, ни даже к усилению ослабленного условного рефлекса».

В период с 1946 по 1949 г., проводя исследование больных, страдающих ночным энурезом, под углом экспертизы, мы имели возможность испытать в условиях нескольких стационарных лечебных заведений ряд методов лечения.

Среди этих методов были: изгнание глистов (в случаях, где они обнаруживались), диетическое лечение с повышенным содержанием витаминов, препараты фосфора, мышьяка, желез.а, ртутные втирания, лечение осарсолом, инъекции эзерина (или прозерина), эфедрин, фенамин, инъекции питуитрина, адиурекрин, электрофорез с кальцием, электрофорез с кодеином, фарадизация мочевого пузыря, однократное ультрафиолетовое облучение пояснично-крастцового отдела.

За исключением тек единичных случаев, где используется один какой-либо метод (ртутные втирания по Топоркову «курс лечения питуитрином), лечение проводилось комплексно, включая следующие компоненты: 1

1) диетический,

2) медикаментозный,

3) физиотерапевтический.

Мы не приводим, никаких деталей, ибо за все это время могли отметить из 47 обследованных с истинным ночным. Недержанием мочи только у 3 больных улучшение и лишь у одного таздное и стойкое выздоровление. При лечении последнего больного был применен метод (единственный раз в нашей практике), не фигурирующей в приведенном выше списке терапевтических мер, — метод пневмоэнцефалоинсуффляции (введение воздуха в желудочки мозга через поясничный прокол).

К этому следует добавить, что у всех 3 больных, у которых было отмечено улучшение, вскоре после выписки наступили рецидивы (один из больных был «возвращен в часть, два других в период госпитального обследования были направлены на ВВК и по ее заключению уволены с военной службы).