Больной К., 1 года 6 месяцев.

При обследовании больного, перенесшего полиомиелит 3 месяца назад, выявлено, что процесс оставил интактной иннервацию левой ноги, где мышечная сила и рефлексы отклонений от нормы не представляют, и поразил главным образом проксимальные группы мышц правой ноги.

Деформация по типу «конской стопы» вследствие формирующейся сгибательиой контрактуры правой стопы е активной флексией пальцев, особенно большого.

Произвольное тыльное разгибание стопы почти не удается из-за глубокого периферического пареза разгибательной группы мышц. Коленный рефлекс справа не вызывался, ахиллов повышен с расширением рефлексогенной зоны до середины голени по задней ее поверхности и ИРЗ в пределах дистальной половины
голени.

Наличие ИРЗ ахиллова рефлекса является в данном случае, по-видимому, результатом патологического перераспределения активного мышечного тонуса, т. е. феноменом чисто периферическим или во всяком случае
экстраспишльным.

Больной Пр., 32 лет.

Диагноз: невралгия правого тройничного герва с частыми приступами.

Вторичная общая иевротизация. Диффузная симметричная гиперрефлексия всех кожных, сухожильных и надкостничных рефлексов. Слияние на предплечьях рефлексогенных зон бищшитальных к стилорадиальных рефлексов, расширение рефлексогенных зон коленных рефлексов в обе стороны, легкая двухсторонняя ИРЗ ахилловых рефлексов (обследован однократно).

Исследование подошвенных рефлексов вызвало болезненную реакцию, перешедшую
в очередной приступ мучительной тригеминальной невралгии.

Оба наблюдения по картине рефлекторных изменений чрезвычайно сходны между собой. Они характеризуются крайней диффузностью, полным отсутствием локальности, тем, что сухожильная и надкостничная гиперрефлексии возникают на фоне повышения, а не угасания кожных рефлексов, а также полным отсутст-
вием пирамидных знаков и наличием выраженной общей невротизации.

Это — гиперрефлексии функционального происхождения, и ИРЗ в этих случаях родственны инверсиям, отмеченным у 15 обследованных в первой группе.

Больной П., 28 лет, переведен из хирургического стационара с остаточными явлениями после ожогов III степени 75% поверхности тела. Став за время хирургического лечения наркоманом, очень тяжело переносил период морфинной абстиненции. Имелись расстройства сна и явления общей невротизации.

В момент поступления (24/XI 1948 г.) отмечались явления резчайшего гипергидроза, вегетативной неуравновешенности (пульс лежа 64—68, стоя 100—104). Диффузная гиперрефлексия — повышены как сухожильные и надкостничные, так и кожные рефлексы.

Рефлексогенные зоны биципитальных рефлексов сливаются с зонами стилорадиальных. Рефлексогенные зоны коленных рефлексов расширены как на бедра, так и на голени. ИРЗ ахилловых рефлексов от линии голеностопных сочленений до середины голеней. Рефлекторных асимметрий и патологических рефлексов не выявлено.

К моменту выписки (17/1 1949 г.) сухожильные и надкостничные зефлексы с верхних конечностей равномерные с умеренным расширением рефлексогенных зон (между дистальной границей рефлексогенной зоны биципитального и проксимальной границей стилорадиального рефлексов лежит «немая» зона, с которой не получается ни тот, ни другой рефлекс).

Коленные рефлексы повышены с симметричным расширение рефлексогенных зон на бедра на ширину 2 пальцев. ИРЗ итеративного типа, получаемая только с самых днотальных участков болыиеберцсвой кости.

 Как явствует из диаграммы, у так называемых здоровых обследованных отмечены лишь итеративная, легкая и умеренная степени ИРЗ с выраженным преобладанием легкой степени.

У обследованных с установленными нарушениями функционально-невротического характера выявляется четкое преобладание ИРЗ третьей степени и лишь в единичных случаях ИРЗ-1 и ИРЗ-2, хотя и здесь, как и у «практически здоровых», не отмечается ни одного случая, выходящего за пределы
ИРЗ-3.

И, наконец, единственный случай «амбулаторной органики» характеризовался наличием значительной инверсии, классифицируемой как ИРЗ-4.

К этому следует добавить, что подавляющее число ИРЗ в первой группе обследованных было симметричным. Асимметрии отмечены только у 2 человек (резко
выраженная при наличии резидуальной органической патологии и умеренная у одного из обследованных с установленными невротическими нарушениями). Односторонних ИРЗ в этой группе не отмечено.

При исследовании инверсий рефлексогенной зоны ахиллова рефлекса у 135 больных, находившихся в неврологическом стационаре, феномен был обнаружен у
51 больного, из них у 37 выявлена заинтересованность пирамидной системы, у 10 — синдром пояснично-крестцовых болей (начальные стадии радикулитов и фуникулитов).

Наблюдения за остальными 4 больными приводятся в следующем разделе.

http://medneurosis.com/archives/15

В первой группе инверсии рефлексогенных зон ахилловых рефлексов выявлены у 75 человек. У одного из них имелось органическое заболевание нервной системы (остаточные явления после закрытой травмы черепа с трещинами основания) и у 15 (4,5% по отношению к общему числу обследованных)—признаки функционально-невротических расстройств.

Остальные 59 человек (18% от общего числа обследованных) были практически здоровы, поскольку у них при амбулаторном обследовании не удалось установить данные, соответствующие какому-либо четкому неврологическому синдрому.

Соотношение частоты наличия ИРЗ у «здоровых» и у больных, страдающих невротическими и органическими процессами при различных степенях выраженности
ИРЗ, в первой группе обследованных представлено (в абсолютных цифрах) на диаграмме.