Исходя из своих экспериментов на собаках по изучению взаимодействия рефлексогенных зон, И. Я. Чураев (1934) приходит к выводу, что удар молоточком
вызывает к деятельности целый ряд рефлексов, из взаимодействия которых и получается основное, результатирующее движение.

Как считает М. И. Аствацатуров (1939), раздражение с периферии всегда иррадиирует в пределах ряда сегментов, но в нормальных условиях торможение со стороны коры допускает только ограниченную ответную реакцию.

При поражении же пирамидного пучка, когда торможение коры снимается, выступают более широкие иррадиации. В. А. Лихтенштейн (1968), резюмируя свои исследования по изучению пирамидной патологии, называет в качестве самых характерных глобальных особенностей поражения пирамидной
иннервации универсальный тонический фон и высокую рефлекторную возбудимость. А. О. Долин и А. П. Зельгейм (1936), обнаружившие у обезьян наклонность сухожильных рефлексов к «генерализации и обширной иррадиации», расценивают ее как видовую особенность.
Н. В. Зимкин (1946), Н. В. Зимкин, А. М. Зимкина и А. А. Михельсан (1946—1947), изучая вариации коленного рефлекса в аспекте эволюции и диссолюции, демонстрируют высокую изменчивость коленного рефлекса в зависимости от функционального состояния нервной системы; при функциональных заболеваниях изменяются границы рефлексогенных зон, отмечается генерализация как в афферентной, так и в эфферентной сфере, изменяется латентный период, возрастает тонический компонент и т. п. Что сухожильные рефлексы не могут
быть сведены только к собственным рефлексам мышцы, подтверждается данными Ю. А. Терехова (1956, 1957) и Ю. М. Уфлянда (1965), демонстрирующими роль потока
импульсов как от рецепторов связочного и суставного
аппаратов, так и от кожных рецепторов.

Наличие в коре отделов, регулирующих акт мочеиспускание, явствует не только из априорных предпосылок, основывающихся та подконтрольности акта мочеиспускания сознанию и воле субъекта, но и подтверждается как данными физиологического эксперимента, так и даиньши клиники. В. М. Бехтерев и Н. А. Миславский (1888), раздражая внутреннюю часть сигмовидной извилины,-получали (Сокращение мочевого пузыря.

В другой серии опытов В. М. Бехтерев (1893) обнаружив центр сфинктера мочевого пузыря, локализующийся «в пределах той же двигательной области, сзади наружного конца sulcus cruciatus». Шпигель (цит. по А. М. Гринштейн, 1938), раздражая мочевой пузырь и регистрируя одновременно токи действия коры, обнаружил, что раздражение мочевого пузыря вызывает колебания потенциалов чувствительной зоны коры.

Разрушение гапоталамических связей не уничтожало этой реакции. Эти эксперименты доказывают, что висцерально-рефлекторные аппараты связаны с чувствительной зоной коры не посредственно, минуя гипоталамическую область.

К такому же заключению о существовании прямых нервных связей висцеральных органов с корой головного мозга пришел и К. М. Быков, основываясь на экспериментах С. И. Гальперина и Г. Н. Прибытковой (1934), Э. С. Толмасская (1967), исследуя корковую локализацию афферентных висцеральных функций и их связи с неспецифическими системами мозга у различных млекопитающих, пришла к выводу, что у человека локализация висцеральной чувствительности в коре смещена несколько кпереди по отношению к локализации кожиомышечной чувствительности. П. К. Анохин и Г. К. Кадыров (1967) представили экспериментальные доказательства холинергической природы иптероцептивиого влияния с мочевого пузыря на корковые синаптические организации. Б. Г. Гафуров (1967), исследуя влияние раздражения механорецепторов мочевого пузыря на электрическую активность «соматической» нервной системы (в качестве индикатора использовались показатели частоты и амплитуды потенциала действия икроножной мышцы), показал, что наблюдавшееся в первые 15-20 секунд увеличение изучавшихся параметров сменялось их снижением.

Особая роль мышц голени в локомоции человека как прямоходящего существа, а вместе с тем роль обслуживающего эти мышцы иннерваторого аппарата усиливаетя также изменением расположения центра тяжести.

По сравнению с четвероногими центр тяжести человека характеризуется:

а) относительно более высоким расположением;

б) проекцией на значительно меньшую площадь опоры, которая, будучи весьма ограничена при стоянии, еще значительнее сокращается при ходьбе в течение всей фазы переноса «маховой» ноги.

На фотографии  фигура мальчика, поднимающегося по лестнице, с опорой на узкую полоску носка, с руками, отведенными от туловища, легким наклоном корпуса вперед и четко прорисовывающимся рельефом икроножной мышцы, как бы срывает покров с кажущейся легкости функций поддержания равновесия при стоянии и ходьбе и представляет глазу наблюдателя в обнаженном виде обычно маскируемую трудность одного из совершеннейших локомоторных актов человека.

Функциональная значимость дистализации: у мальчика, поднимающегося по лестнице, вес всего тела ложится на мышцы, обеспечивающие подошвенное сгибание стопы.

Другим внешним выражением эволюции локомоторного аппарата человека, связанным с переходом к прямокождению, является значительное развитие мышечных масс сгибателей стопы с резким их преобладанием над массой разгибателей.

На фотографии запечатлен поднимающийся по лестнице мальчик в
тот момент, когда вес его тела лежит всей тяжестью на мышцах левой
ноги, обеспечивающих подошвенное сгибание
топы.

Мышцы же, обеспечивающие эту функцию, во-первых, составляют основную массу мышц голени, а во-вторых, эти же мышцы являются исполнительным аппаратом
ахиллова рефлекса. Выказанные положения подверждаются и тем факом, что именно ахиллово сухожилие является самым массивным из суожилий человеческого
тела.