Дистализация мышечных масс у человека

Следует специально выделить ту особую роль, которую в локомоции человека приобретают голень и стона.

Прежде всего в процессе эволюционного развития у человека в связи с переходом к прямохождению происходят значительные перераспределения в расположении
мышечных масс по длине конечностей.

Эти изменения можно квалифицировать как дистализацию, т. е. увеличение мышечных масс в дистальных отделах конечностей.

Указанная закономерность наглядно иллюстрируется приводимой фотографией, позволяющей сопоставить относительные сечения мышечных масс человека и лошади в трех отделах: дистальном — на голени, среднем — на бедре и проксимальном — в ягодичной области.

Сопоставление соответствующих сечений (сплошные поперечные стрелки) показывает, что увеличение мышечных масс в дистальных отделах при прямохождекии «ошт не только относительный, «о и абсолютный характер: максимальный поперечник голени у человека превышает максимальный поперечник голени.

Даже такого массивного животного, как лошадь.

Что же касается биологического значения сухожильных рефлексов вообще и ахиллова рефлекса в частности, то, как справедливо замечает В. А. Лихтенштейн (1968), при наследовании рефлексов, «получая то или иное движение, невролог обычно не задумывается над тем, какую биологическую функцию он в действительности исследует».

Между тем голень и стола играют особую роль в локомоции человека. М. И. Асшацатуров, истолковывая в эволюционном аспекте изменения сухожильных рефлексов и связанных с ними «пирамидных» клинических феноменов (1918, 1922, 1938), подчеркивает, что наиболее выраженные рефлексы соответствуют именно тем
мышечным группам, которые выполняют основные биологические функции.

На руках это флексоры (функция хватания), а на ногах — экстензоры (функция стояния).

На протяжении последнего двадцатилетия активно изучались механизмы нисходящих влияний ретикулярной формации и их участие в регулировке тонуса и рефлексах “поддержания позы: Magoiin, Rhines (1946), Granit, Kaada (1952) и др.

Так, Eldred, Granit, Merton (1953) показали, что ретикулярная формация влияет на
мышечный тонус как непосредственно, путем прямого воздействия на мотонейроны, так и косвенно — изменяя возбудимость проприоцепторов.

Таким образом, классическое представление о линейной разомкнутой дуге рефлекса, которая начинается рецептором и кончается эффектором, является крайне упрощенным, и имеющиеся факты о биологической регуляции по принципу обратной связи приводят к необходимости принятия модели рефлекторного кольца, обеспечивающего беспрерывный поток корригирующей информации о результатах происходящего действия (П. К. Анохин, 1935, 1940, 1968; Н. А. Бернштейн, 1937,
1947, 1962; Н. И. Гращенков, Л. П. Латаш и И. М. Фейген’берг, 1962, и др.).

Исходя из своих экспериментов на собаках по изучению взаимодействия рефлексогенных зон, И. Я. Чураев (1934) приходит « выводу, что удар молоточком
вызывает к деятельности целый ряд рефлексов, из взаимодействия которых и получается основное, результатирующее движение.

Как считает М. И. Аствацатуров (1939), раздражение с периферии всегда иррадиирует в пределах ряда сегментов, но в нормальных условиях торможение со стороны коры допускает только ограниченную ответную реакцию.

При поражении же ‘пирамидного пучка, когда торможение коры снимается, выступают более широкие иррадиации. В. А. Лихтенштейн (1968), резюмируя свои исследования по изучению пирамидной патологии, называет в качестве самых характерных глобальных особенностей поражения пирамидной иннервации универсальный тонический фон и высокую рефлекторную возбудимость. А. О. Долин и А. П. Зельгей-м (1936), обнаружившие у обезьян наклонность сухожильных рефлексов к «генерализации и обширной иррадиации», расценивают ее как видовую особенность.

Н. В. Зимкин (1946), Н. В. Зимкин, А. М. Зимкина и А. А. Михельсан (1946—1947), изучая вариации коленного рефлекса в аспекте эволюции и диссолюции, демонстрируют высокую изменчивость коленного рефлекса в зависимости от функционального состояния нервной системы; при функциональных заболеваниях изменяются границы рефлексогенных зон, отмечается генерализация как IB афферентной, так и в эфферентной сфере, изменяется латентный период, возрастает тонический компонент и т. п.

Что сухожильные рефлексы не могут быть сведены только к собственным рефлексам мышцы, подтверждается данными Ю. А. Терехова (1956, 1957) и Ю. М. Уфлянда (1965), демонстрирующими роль потока импульсов как от рецепторов связочного и суставного аппаратов, так и от кожных рецепторов.